«Белый Бим» уже столько жизней прожил с нами...»
В конце ноября исполнится 120 лет со дня рождения Гавриила Троепольского — автора одного из самых читаемых отечественных произведений второй половины ХХ века
«Белый Бим» уже столько жизней прожил с нами...»
В конце ноября исполнится 120 лет со дня рождения Гавриила Троепольского — автора одного из самых читаемых отечественных произведений второй половины ХХ века
Список книг, от прочтения которых у меня начинают влажнеть глаза, не так уж и велик — от силы три — четыре названия. «Белый Бим Чёрное ухо» (12+) — из них. Книга, конечно, не только про собаку с трагической судьбой, по которой в начале 70-х рыдала в голос вся страна. Эта повесть про людей. Тот самый Бим лишь зеркало, в котором отражаются наши радость, подлость, сострадание и жестокость.
...Помню себя 6 — 7-летним на улице небольшого городка Тамбовской области. Приятель отца знакомит нас с каким-то своим дальним родственником. «Гавриил Николаевич, писатель», — рекомендуется тот. Обычный дед с седыми усами... Чай не Самуил Маршак или Борис Житков, на которых росло моё поколение. А отец поговорил с этим «дедом» на улице несколько минут и сразу как-то посерьёзнел.
«Куплю себе собаку, назову Бим». Эту фразу примы воронежского театра драмы Риммы Мануковской, сыгравшей в одноимённом фильме не самый добрый персонаж по отношению к псу, приводили в те годы два популярных киножурнала СССР — «Советский экран» и «Спутник кинозрителя».
Мануковской нет уже 22 года, автора «Бима» — 30 лет. А повесть и сам фильм хоть сейчас читай или смотри. Написано и снято так, что спустя полвека ни единой «морщинки».
29 ноября исполнится 120 лет со дня рождения Гавриила Троепольского. И за это время Бим не постарел, он так же, как и раньше, пытается лечить людей от жестокости и помогает нам становиться лучше. Как, впрочем, любая собака на свете...
Корреспондент «МОЁ!» пообщался с двумя воронежскими литераторами, лично знавшими Гавриила Троепольского — Евгением Новичихиным и Юрием Кургузовым.
Воспоминания Евгения Новичихина
Из досье «МОЁ!»
Евгений Новичихин — писатель, поэт, переводчик, кинодраматург. Автор более 50 книг, заслуженный работник культуры РФ. Член Союза писателей СССР, Союза кинематографистов России. Обладатель множества наград — лауреат литературных премий им. М. Булгакова (1995), им. А. Платонова (2000), им. Носова (2020), обладатель диплома Центрального федерального округа России в области литературы и искусства (2007) и пр.
«Мы дружили, несмотря на 34-летнюю разницу в возрасте
— На любом писательском собрании, встрече с читателями Троепольский сразу взрывался, если замечал, что кто-то записывает его слова ручкой в блокноте: «Прекратите! Закройте!» Многим это казалось странностью. А объяснялось всё просто (я сам спрашивал его об этом) — Гавриил Николаевич утверждал, что его слова столько раз неверно истолковывали и это ему надоело. Потому он очень болезненно относился к попыткам записать то, что он говорит. Соглашался на публикацию своих слов только после тщательной личной проверки. Воронежский литературовед Олег Ласунский рассказывал, что присылал ему на вычитку даже небольшую статью в воронежской энциклопедии — всего-то несколько строчек.
Негативно настроенный по отношению к Солженицыну (предавшему, как считал Троепольский, его друга Александра Твардовского), не принимавший и не понимавший диссидентства Григория Померанца, Гавриил Николаевич тем не менее пристально следил за заочной полемикой этого философа с автором «Архипелага ГУЛАГа» (16+). В беседах не раз подчёркивал важность мысли Померанца о религии как основе человеческого бытия, а его известное изречение «Дьявол начинается с пены на губах ангела…» неоднократно цитировал, когда в дискуссиях или обычных спорах, беседах на темы жизни и литературы коллеги переходили на слишком высокие тона. Сам он в таких случаях всегда говорил тихо, размеренно, спокойно и рассудительно.
Я пришёл на работу в редакцию журнала «Подъём» в 1973 году, уже после выхода «Белого Бима...» И мы сразу подружились с Троепольским, хотя разница в возрасте у нас была как у отца и сына — 34 года.
Воронежские писатели завидовали славе бывшего агронома
— Троепольский появился в литературе довольно поздно, когда ему было за пятьдесят. Если быть точным, то первая его публикация состоялась в альманахе «Литературный Воронеж» ещё в 1938 году. Это был рассказ под названием «Дедушка», опубликованный под псевдонимом Т. Лирваг (если прочесть наоборот — Гаврил Т. — «Ё!»). Спустя много лет, уже почти в пятьдесят, он опубликовал в журнале «Новый мир» цикл рассказов «Записки агронома» и сразу стал знаменитым. А воронежские писатели-аксакалы, которые были известны только в Воронеже и больше нигде, не могли это легко принять.
Писатель Юрий Гончаров рассказывал: когда Максим Подобедов, руководивший в своё время российской ассоциацией пролетарских писателей во всей Центрально-Чернозёмной области, входил в зал во время проведения съездов писателей Черноземья, все вставали, встречая его овацией и криками «Ура!» (тогда был не только один большой культ личности — были культы и маленькие.). И вот нашим аксакалам было трудно понять, почему вчерашний агроном пришёл в литературу и стал более знаменитым, чем они сами. И они начали писать жалобы на Троепольского (зачастую в них была откровенная клевета). Кляузы отправляли в разные инстанции — от обкома партии до ЦК КПСС. Мол, их, писателей-коммунистов, зажимают, а Троепольского печатают и воздают ему славу.
Было много писательских собраний, на которые приходили секретари обкома партии, защищая Гавриила Николаевича. Поддерживали его и мы — молодые писатели. Среди писателей-ровесников Троепольский дружил только с Евгением Люфановым, а остальные его друзья были из молодёжи. Мы учились у него, и он это ценил. Среди его молодых друзей кроме меня были Иван Евсеенко, Станислав Никулин.
«Стоял в очередях за письмами от читателей»
— Была в Ленинграде такая художница — Елизавета Максименко, малолетняя узница фашистских лагерей. Среди её работ были иллюстрации к «Белому Биму», которые она прислала писателю. Ему они очень понравилоись, и между ними завязалась переписка. Она частично опубликована в её книге, названной так же, как знаменитая повесть Троепольского,— «Белый Бим Чёрное ухо», но жанр у книги совсем иной, это книга иллюстраций.
В одном из писем художнице Троепольский рассказал, что за два месяца он получил 86 писем и бандеролей от читателей. И это примерно через 15 лет после выхода в свет знаменитой повести!
В основном ему присылали стихи, рассказы и повести с просьбой дать им свою оценку. Каждый день он ходил на Главпочтамт, выстаивал очереди, чтобы получить всё это. На первых порах Троепольский старался всем отвечать, но в конце концов понял, что не в силах объять необъятное. Он приходил в редакцию «Подъёма» почти каждый день и раздавал нам полученное. Стихи обычно читал я, прозу — Иван Евсеенко. И по просьбе Гавриила Николаевича мы отвечали авторам, по большей части графоманам. Правда, иногда что-то из полученного им публиковалось в «Подъёме».
«Троепольский терпеть не мог проигрывать в шахматы»
— Гавриил Троепольский очень любил играть в шахматы и терпеть не мог проигрывать. У нас, молодых, высшим искусством было сделать ничью с мэтром. Если же кто-то выигрывал у него, то он очень расстраивался, и мы старались не огорчать его. Особенно в науке сделать с ним ничью отличался Станислав Никулин (редактор отдела поэзии «Подъёма». — Прим. «Ё!»). В нашей среде передавалась такая история. Троепольский однажды сел играть с главредом «Подъёма» Фёдором Волоховым и, когда понял, что проигрывает, с досады смахнул с доски фигуры, хлопнул дверью и ушёл. Волохов расстроился — обидел коллегу. В этот же день он по дороге домой, зашёл на Главпочтамт и дал телеграмму Троепольскому. А писатель в эти дни ожидал плохих вестей из Тамбова, где тяжело болела его родственница.
«Два часа ночи. Звонок в дверь, — рассказывал нам позже Гавриил Николаевич. — Просыпаюсь, спрашиваю из-за двери: «Кто?» — «Вам телеграмма», — отвечают. Я решил, что пришли плохие вести. Надеваю очки, читаю: «Согласен на ничью! Волохов».
Воспоминания Юрия Кургузова
Из досье «МОЁ!»
Юрий Кургузов — ответственный редактор журнала «Подъём», член правления Воронежской организации Союза писателей России, член Союза журналистов России и Международной ассоциации писателей и публицистов. Автор и составитель многих сборников очерков, сборника произведений Владимира Высоцкого, автор научно-фантастической прозы.
«Самой распространённой собачьей кличкой на Кубе была Бим»
— Моё знакомство с Троепольскими началось с его фамилии. Я родился и рос в частном секторе в сторону водохранилища, в районе «Динамо». Там вообще жили многие писатели — Владимир Кораблинов, Юрий Корчагин, Виктор Попов. А на соседней улице жила семья одной из дочерей Гавриила Николаевича, и его внук — мой тёзка Юра — был моим приятелем. Его никто не называл по имени, так и говорили «внук Троепольского». А кто такой был Троепольский, мы, мальчишки, не знали.
Мы часто играли во дворах друг у друга, и несколько раз я видел его деда — самого писателя. Ему было немногим за 60 лет, но мне тогда он казался чуть ли не стариком. Со временем моя мама Ольга Николаевна, более полувека проработавшая школьным учителем русского языка и литературы, просветила меня, кто такой Троепольский. И ещё до выхода в свет «Белого Бима» я знал, что это писатель.
Мама всю жизнь работала в школе и часто приглашала Гавриила Николаевича на классные часы и встречи с учениками. Рядом с пятой школой, где она провела часть своей педагогической карьеры, находится пединститут, там мама вела какие-то часы и туда тоже приглашала писателя. Она рассказывала о том, что, например, студенты-кубинцы восторженно восприняли знакомство с писателем, кто-то даже вспомнил, что на Кубе после выхода знаменитой повести одной из самых распространённых собачьих кличек была именно Бим.
Памятник Биму понравился автору повести
— Последним элементом воронежского кукольного театра, оформлявшегося Иваном Дикуновым, стала как раз фигура Бима. Когда Дикунов и его жена Эльза Пак начали работать над памятником в 1985 году, кто-то из их знакомых приводил такого же сеттера, чтобы позировать, пёс был очень беспокойный, метался по мастерской.
А потом скульпторы пригласили Гавриила Николаевича, чтобы тот приехал и посмотрел модель памятника. Троепольский приехал с толстенной книгой XIX века об охоте и охотничьих собаках, ходил по мастерской, внимательно рассматривал всё. И признался, что готовился критиковать увиденное, но увиденным — неожиданно для себя — остался доволен. Позже Троепольский постоянно спрашивал, когда памятник будет готов и установлен. Но, увы, не дожил до этого — памятник в итоге был установлен на проспекте Революции у театра кукол «Шут» в 1998 году. Открытие состоялось 5 сентября 1998 года во время празднования Дня города.
Кстати, за скульптурное оформление воронежского театра кукол, где памятник Биму — один из важнейших элементов, Иван Дикунов и Эльза Пак были удостоены Госпремии РСФСР в 1990 году.
«Троепольского уважительно величали Дедом»
— В Центрально-Чернозёмном книжном издательстве, куда я пришёл работать сначала корректором, потом младшим редактором и т. д., Троепольского издавали много. Последнее издание «Бима» датировано 2003 годом, а в 2005 году была издана его ранняя повесть «В камышах» (6+) — это, кстати, моя любимая книга.
Моё личное общение с автором ограничивалось рабочими контактами, общались на литсоветах, поначалу я даже вёл их протоколы. После выхода «Бима» Троепольский стал, пожалуй, самой авторитетной фигурой в воронежской литературе, его уважительно величали Дедом.
До «Белого Бима» (да и, пожалуй, после) в нашей литературе тема добра, милосердия и любви, думается, практически не поднималась — повесть выстрелила в десятку. Тот же Иван Дикунов вспоминал, что, когда памятник Биму был установлен, он не был таким идеально блестящим. Он стал таким потому, что металлическую собаку люди гладили и обнимали, как живую.
Дикунов однажды для интереса минут на 20 встал в стороне от Бима и наблюдал. За это время человек 60 — 70 подошли к памятнику, трогали его, фотографировали. Когда в 2003 году злоумышленники пытались оторвать ухо Биму, оно на другой день оказалось перебинтованным (напомним, кстати, это сделали корреспонденты «МОЁ!». — Прим. «Ё!».), дети клали и печенье и конфеты возле его лап.
«Белый Бим» столько жизней уже прожил рядом с нами — и сколько проживёт ещё!
интересные факты
«Решил, что писателем быть не смогу»
- Гавриил Троепольский — писатель, публицист, драматург и сценарист. Родился 29 ноября 1905 года в селе Ново-Спасское на Елани (ныне — Новоспасовка Грибановского района Воронежской области). Отец Николай Семёнович был священником. В 1931 году его расстреляли (1988-м он был реабилитирован).
- С 1924 года после окончания сельскохозяйственного училища в селе Алёшки Борисоглебского уезда Гавриил Троепольский работал учителем в сёлах Питим и Махровка Тамбовской области (ныне Воронежской).
- С 1937-го будущий писатель заведовал Острогожским сортоиспытательным участком по зерновым культурам. Вывел восемь сортов проса, опубликовал ряд научных статей и две книги на тему селекции.
- После того как в 1938 году был опубликован первый рассказ Троепольского «Дедушка», сам автор оказался собой недоволен. «Чем больше я перечитывал тогда рассказ, тем меньше он мне нравился, и я решил, что писателем быть не смогу», — вспоминал Троепольский. Он на долгие годы оставил литературу — до тех пор, пока в начале 1950-х не отправил в журнал «Новый мир» свои рассказы. Их высоко оценил редактор издания Александр Твардовский, впоследствии Твардовского и Троепольского связывала крепкая дружба.
- С 1954 года Гавриил Троепольский полностью посвятил себя литературе, вскоре переехал в Воронеж, жил в доме № 8 на улице Чайковского. Он автор нескольких повестей, рассказов, романа «Чернозём» (16+). Но поистине мировую известность ему принесла повесть «Белый Бим Чёрное ухо» (12+).
- Гавриил Троепольский — лауреат Государственной премии СССР (за повесть «Белый Бим Чёрное ухо»), был награждён орденами Трудового Красного Знамени и Дружбы народов, золотой медалью фонда «Леонардо да Винчи». Почётный гражданин Воронежа и Острогожска, почётный доктор ВГУ. Умер писатель 30 июня 1995 года. Похоронен в Воронеже на Коминтерновском кладбище.
- В Воронеже на доме, где жил Троепольский, установлена мемориальная доска. Имя писателя носит улица в микрорайоне Подгорное в Воронеже и городская библиотека № 32.
- Осенью 2021 года в парке «Орлёнок» появился памятник Гавриилу Троепольскому (авторы — скульпторы из г. Жуковского Андрей Шипунов и Константин Филиппов). Писатель жил рядом и часто тут гулял со своей собакой по кличке Лель.
кстати
Фильм про Бима номинировали на «Оскар»
Повесть «Белый Бим Чёрное ухо» Гавриил Троепольский посвятил своему другу Александру Твардовскому, он был первым читателем повести.
Впервые повесть была опубликована в 1971 году в журнале «Наш современник», когда Троепольскому было 65 лет. Через год была выпущена отдельной книгой издательством «Советский писатель».
Трогательная история о преданном псе, хозяин которого попал в больницу, имела ошеломительный успех. За первые десять лет повесть выдержала около восьми переизданий. Переведена более чем на 20 языков мира. В США она была внесена в список обязательных для прочтения произведений в большинстве колледжей, в 1994-м повесть «Белый Бим Чёрное ухо» издана в Америке в серии «Классики».
В 1977 году по этой повести был снят двухсерийный фильм «Белый Бим Чёрное ухо» (12+). Режиссёр — Станислав Ростоцкий, в главной роли — Вячеслав Тихонов. Во время первого проката картину посмотрели более 20 миллионов зрителей. Фильм стал победителем многих кинофестивалей и в 1979 году номинировался на премию «Оскар» в категории «Лучший иностранный фильм». А за год до этого по опросу журнала «Советский экран» «Белый Бим...» был признан лучшим фильмом года.