Лидия САДЧИКОВА,спецпроект для газеты «МОЁ!»— Это сколько же мы с тобой, Лидусь, не виделись? — Градский обнимает меня перед концертом в челябинском Дворце спорта, чмокает в щёку.— Давненько, Саша! Нам и сегодня есть о чём поговорить…Певец с уникальным голосовым диапазоном и собственным, неповторимым стилем. Недооценённый композитор-интеллектуал. Поэт, умеющий гениально подружить стихи с музыкой. Харизматичный романтик. И вместе с тем — «папа русского рок-н-ролла», бунтарь, скандалист, матерщинник, нагоняющий страх на чиновников от культуры, шокирующий откровениями, не боящийся признаться в любви к деньгам.— Саш, тебе можно позвонить и заказать концерт?— Организаторы гастролей так и делают: звонят мне и предлагают выступить. Я называю свои условия.— Какое первое? Размер гонорара?— Конечно.— Какое же второе?— Его нет. Мне всё равно.— Допустим, в баню петь позовут.— Один хрен. У профессионалов не может быть никаких условностей. Шаляпин пел на пароходе для пяти человек. И, говорят, хорошо пел. А некоторые наши эстрадные пижоны выпендриваются: этому я буду петь, а этому нет. Ерунда. Всё зависит от количества денег. Любого профессионального человека можно купить, достойно оплатив его труд. Я так и делаю. На остальное мне наплевать. Я даже знаешь, где пел? Незадолго до смерти Брежнева на каком-то его предвыборном митинге. Огромный зал, куча народа. А я запел Высоцкого с дикими словами. Мозги у всех запеклись!— Скажи, а на каких условиях ты выступал с Лайзой Миннелли, например?— Бесплатно. Это было, когда случилось землетрясение в Спитаке (Армянская ССР, 1988 г. — Л. К.). Мы пели песню Азнавура. После этого я с ней больше не пел. Зачем? Она плохо поёт. Артистка хорошая, а поёт неважно.— Недавно ты написал альбом «Песни для Иры». Для какой Иры? Ты часом не влюбился?— Выдумаешь тоже! Это семь песен для Иры Волгиной из Зеленограда. Они написаны по её заказу.— Она что, хорошо поёт?— Я не берусь судить, как она поёт. Мы с ней вообще в самолёте Нью-Йорк — Москва познакомились. З...