Слово «дроппер» для многих пока не совсем понятное. Но при этом как явление весьма распространённое. Настолько, что этим летом был даже принят специальный закон об этом.

Если совсем просто: дроппер (от англ. drop — «сбрасывать») — подставное лицо, банковскую карту которого аферисты используют для переводов или обналичивания похищенных средств. Мошенники через дропперов запутывают следы и прячут цепочки обналичивания денег, добытых нечестным путём. Есть дропповоды, которые вербуют людей. Особенно охотятся за несовершеннолетними, им внушают: вы заработаете, практически ничего не делая и ничем не рискуя при этом. Позиционируется подобное как работа, дескать, дашь «погонять» свою карту, а взамен получишь несколько тысяч. Всё невинно и безопасно.

Но это старая сказка о бесплатном сыре. На деле же всё оборачивается тем, чем и должно, — огромными проблемами, даже тюрьмой. И как минимум — большими финансовыми потерями, судебными разбирательствами и страшной нервотрёпкой. Вот таким дроппером поневоле стал и юный житель Воронежа.

«Тяжело, неудобно и обидно»

Владу недавно исполнилось 18. Симпатичный парень, студент одного из воронежских вузов. В кабинете адвоката, куда его привела мама, чувствует себя явно не в своей тарелке. Ерошит и без того взъерошенные волосы, отвечает односложно и, кажется, хочет побыстрее сбежать.

— Мне тяжело. Я работать не могу, ничего не могу — всё заблокировано, — в отчаянии признаётся парень. — И перед родителями страшно стыдно, обидно за них, за то, что я их так подставил. Несколько месяцев я так живу. Не могу даже в автобусе расплатиться картой. Родители дают наличные. Это неудобно и унизительно. И самое неприятное: чувствовать себя полным лохом. Говорить о таком совсем не хочется, — с трудом произносит он.

По словам Влада, влип он около полутора лет тому назад. Ему в «Телеграм» написал парень и, сославшись на общих знакомых, стал назойливо предлагать подзаработать.

— Дескать, дай мне в пользование карту. Это, говорит, всё легально, ничего за это не будет. Я говорю: может, у родителей спросить? Тот отмахнулся, мол, зачем их беспокоить. Говорил: «У тебя же там нет денег, снять нечего. Ты несовершеннолетний, повесить на тебя кредит тоже не получится». Я немного посомневался и согласился, отдал свою карту человеку, которого раньше не видел. Мои знакомые тоже давали в пользование свои карты, и у них потом неприятностей не было — это меня и подкупило. Два раза по две тысячи мне потом перевели. Карту мне так и не вернули, а я на неё забил.

Примерно через год юноше стали приходить SMS из банка. Там говорилось, что замечена подозрительная активность, карту в конце концов заблокировали.

Потом начался и вовсе треш: выяснилось, что без его участия прошёл суд, где Влада признали виновным в присвоении около полумиллиона рублей, принадлежавших бабушке из Луганской области. На все его счета был наложен арест, в том числе на квартиры родителей, в которых есть его доли собственности.

«Несколько месяцев живу в ужасе»

Мама Влада Наталья призналась журналисту «МОЁ!», что пребывает в шоке и даже не всем членам семьи рассказала о случившемся.

— Несколько месяцев живу в ужасе. Эта сумма для нас абсолютно неподъёмна. Кроме того, капает процент, каждый день по тысяче. «Накапало» уже 30 тысяч. И поскольку мы предполагаем судиться, неизвестно, в какую сумму выльется всё это в конце концов. Мой муж очень болен, у него онкология. На лечение требуются огромные деньги. Ему совсем нельзя волноваться, иначе всё лечение прахом. Мы всей семьёй боремся с его смертельной болезнью, а тут ещё и эта беда свалилась на наши головы. На квартиры наложен арест. Любую из них могут пустить с молотка. Словом, кошмар.

Женщина рассказала, что в августе этого года к ней подошёл сын и пожаловался на то, что заблокировали его личный кабинет в банке.

— Мы делали ему там карту, чтобы перечислять на неё деньги на карманные расходы. Сейчас же большинство расчётов безналичные: в транспорте удобнее так расплачиваться, в столовой. Больших сумм мы туда не кидали, ну тысячу, две. Сын сказал, что около года назад эту карту потерял. Я не без труда добилась соединения со службой безопасности банка. И там мне объяснили, что кабинет заблокирован по причине незаконных действий. С карты сына якобы были сделаны подозрительные переводы.

Мы тут же побежали к адвокату. Она посоветовала срочно сообщить о потере карты в полицию. Нас вызвали в инспекцию по делам несовершеннолетних и заявили, что на момент передачи (потери) своей карты сын был несовершеннолетним и, значит, ничем, дескать, нам это не грозит.

С помощью адвоката мы запросили документы у банка, попросив сделать распечатку переводов. Выяснилось, что переводы были сделаны уже около года назад, когда Влад и передал свою карту (он позже признался, что не потерял, а отдал). А потом в один не прекрасный день на «Госуслугах» мне пришло сообщение о том, что у нас арестовано имущество… Где-то в сентябре это произошло. Я в ужасе бегу в полицию, спрашиваю: «Что происходит?» Там посылают к приставам. А те объясняют: есть, оказывается, судебное решение. Ни о каком суде мы понятия не имеем! Вам, говорят, повестка приходила. Я добилась этого судебного решения. Там, к слову, был указан неверный адрес. Ленинский районный суд этим летом принял решение о взыскании незаконно присвоенных денег с моего сына, а точнее, с его семьи, — с трудом пересказывает фабулу случившегося Наталья.

Постепенно вникая в нюансы, женщина выяснила, что её сын стал жертвой в цепочке мошенничества. По её убеждению, его использовали втёмную. И полмиллиона — это плата за полученные им когда-то четыре тысячи рублей. Телефонные мошенники обманули женщину из Луганской области, а деньги поступили на счёт сына Натальи. Его установили правоохранители по карте и решили, что именно он и присвоил эти деньги. А значит, ему и отдавать.

— У меня шок и ступор. Я не могу думать и не представляю, что нам теперь делать! — в отчаянии признаётся женщина.

Суд постановил семье погасить 420 тысяч рублей, похищенные у луганской бабушки. Плюс 87 тысяч рублей за судебные издержки.

— Мы подали заявление о том, что не согласны с этим решением и хотим его оспорить. Написали заявление с просьбой познакомиться с материалами дела. В этом деле я нашла фотографии человека, который снимал деньги с карты сына — банкомат фиксирует всех своих клиентов. И это не Влад! При том, что в решении написано, что этот человек — именно Влад, — возмущается Наталья.

Фото: стоп-кадр с камеры банка

«Рискуют оказаться за решёткой»

Наталья со своим сыном считают, что в этой истории они такие же потерпевшие, как женщина из Луганской области. За помощью они обратились к воронежскому адвокату Галине Белик.

Фото:

— Здесь многое вызывает вопросы. Например, поведение банка. Почему он заметил подозрительную активность лишь спустя год? Какая-то удивительная нерасторопность. Влад тогда был несовершеннолетним. Могли бы и маме его сообщить о том, что что-то неладное творится с его счётом. Какие-то крупные суммы переводятся с незнакомых счётов, да ещё из Луганска. Если бы сразу эти деньги заблокировали, то их потом легко было бы вернуть потерпевшей, — уверена защитник.

Решение по делу её доверителя было вынесено 19 июня 2025 года. Банк отреагировал блокировкой карты уже после этого.

— Мы банк будем привлекать в качестве третьего лица, чтобы его представители объяснили, почему сразу не заблокировали карту несовершеннолетнего. Деньги поступают не от родителя, который оформил эту карту! Очевидно же, что все должны оказывать содействие в подобных историях. А тут — моя хата с краю, — возмущается адвокат.

Есть, по её мнению, и вопросы к полиции.

— Там говорят, что мы написали заявление уже после вынесенного решения. Но мы же о нём знать не знали! В повестке был указан неправильный адрес — частный дом, а у моих доверителей многоквартирный, — рассказывает Белик, почему о суде её доверители даже не знали.

По её словам, историй, связанных с передачей своих банковских карт несовершеннолетними, огромное множество. И многие не только попадают на колоссальные деньги, но и рискуют оказаться за решёткой.

— 5 июля начал действовать закон о дропперах. Теперь за продажу своей карты грозит до трёх лет лишения свободы. Мы надеемся, что отменят решение об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению моих доверителей. Влад в настоящий момент реальный потерпевший. У него не было цели завладеть чужими денежными средствами. Его бессовестно обманули, — уверена адвокат.

Но, по её мнению, эта история ещё не безнадёжная.

— Мама вовремя забила тревогу. А вот бывают случаи, когда обращаются уже так поздно, что совсем ничего нельзя предпринять. Тут есть хотя бы лицо человека, который реально снял эти деньги. Нужно потянуть за эту ниточку и найти реальных мошенников, — считает защитник. — У Влада выманили карту, не объяснив ему, чем ему это грозит. Если бы ребёнку поступили деньги на карту, а он их снял, передал кому-то или как-то распорядился ими — дело другое. Но банк не уведомил его об операции, не заблокировал счёт. А не получив SMS-уведомления, он просто не имел возможности заблокировать счёт, чтобы сохранить поступление и вернуть его потом. Но наше несовершенное законодательство так устроено, что позволяет взыскивать деньги с дропперов. Хотя здесь важно индивидуально отнестись к каждому случаю. Ведь легкомысленный поступок совершили оба — и сам ребёнок, отдав карту мошенникам, и женщина, продиктовавшая им свои персональные данные. Так почему же она имеет приоритетную защиту своих прав?

«Хотела поменять памятники родным на могилах»

Журналист «МОЁ!» связался с пенсионеркой из Луганской области, которая пострадала от телефонных мошенников и для которой воронежский суд постановил взыскивать потери с Влада.

Нине Егоровне Оленниковой 73 года. Она живёт в маленьком городке Красный Луч Луганской области вместе с сыном — инвалидом детства, которому сейчас 48 лет.

Недавно она приезжала в Воронеж, пытаясь добиться правосудия.

— Выехала в пять вечера и в два ночи была на воронежском автовокзале. Он оказался закрыт, пришлось на такси ехать в гостиницу. Куча нервов, денег, а толку — ноль. Этот Влад сказал в суде, что денег моих не брал, просто отдал кому-то свою банковскую карту. А прежний суд прошёл без него — повестки направили, дескать, по неправильному адресу. И вообще он был несовершеннолетним. И что мне теперь делать, не понимаю, — призналась корреспонденту «Ё!» Нина Егоровна.

По словам женщины, 1 августа 2024 года случился роковой звонок, лишивший её всех сбережений.

— Утром мне позвонили и стали говорить о том, что отключат по каким-то причинам мой телефон. У меня тогда болела голова, плоховато соображала, наверное, поэтому я им и поверила. Меня взяли в оборот, пошла череда каких-то звонков — то из полиции, то ещё откуда-то. Дескать, вы же не хотите, чтобы на вас оформили кредит мошенники. Короче, глупость сморозила: стала им диктовать свои данные — СНИЛС и всё такое. До середины дня они меня обрабатывали. Потом говорят: вам ваши деньги надо снять и перевести по такому-то счёту, а завтра вы их получите в МФЦ, — грустно рассказывала пенсионерка о том, как повелась на удочку мошенников.

Когда наконец сообразила, что её обманули, отправилась в местную полицию.

— Там девочки сказали: всё, плакали ваши денежки, никого не найдут и даже заявление писать бессмысленно. Но это все мои сбережения! Нашла юриста, а он меня отправил в прокуратуру. Там я наконец написала своё заявление. Примерно через восемь месяцев после этого мне сообщили: мой преступник найден — парень из Воронежа. Все наши правоохранители тут же отчитались: преступление раскрыто и деньги, дескать, мне вернули. Только ничего подобного! 19 июня был суд, где постановили эти деньги мне отдать, но ничегошеньки я не получила. А теперь — пересмотр, и непонятно, что дальше. Я теперь не знаю, куда податься. В прокуратуре руками разводят: всё, что от нас зависело, мы сделали. А что мне с того? Прошёл год и четыре месяца, а денег как не было, так и нет, — вздыхает женщина.

При её пенсии в 16 тысяч рублей и  сыне-инвалиде собрать 420 тысяч рублей можно было только с посторонней помощью.

— Мне сестра помогала, переводила часть своей пенсии, зная, как трудно мы живём с сыном. Думали, на эти деньги родителям на могилах поменять памятники, они все обветшали. А теперь вот и даже своих «похоронных» нет. Мне, честно говоря, очень стыдно, что я так вляпалась, — призналась бабушка журналистам на прощанье.